X

ОПАСНОСТИ, ПОДСТЕРЕГАЮЩИЕ РАЗОБЛАЧИТЕЛЕЙ ТКП

КОСМИЧЕСКОЕ РАСКРЫТИЕ:
ОПАСНОСТИ, ПОДСТЕРЕГАЮЩИЕ РАЗОБЛАЧИТЕЛЕЙ ТКП

Дэвид Уилкок

Интервью с Эмери Смитом

Вторник, 13 февраля 2018 года

 

Д.У.: С возвращением на Космическое Раскрытие! И вновь, с нами Эмери Смит. Эмери, спасибо за то, что Вы с нами.

Э.С.: Не за что, Дэйв. Спасибо, что пригласили.

Д.У.: Одна из тем, которые мы много обсуждали на программе, касается ТКП. И все же мы все еще не раскрыли ее до конца. Вы подтвердили существование обратно восстановленных космических кораблей. Поэтому можно прийти к выводу или подумать следующее: если у нас есть космические корабли, по существу, средства передвижения в пространстве, попавшие сюда из других солнечных систем, а, возможно, и из других галактик, и мы можем сами их строить, тогда мы в состоянии покинуть Землю и потенциально осесть где-то еще. Имеется ли у Вас информация или знание, что, вероятно, происходит в этом аспекте?

Э.С.: Ну, из того, что мне рассказывали, можно сделать вывод о том, что есть законы и вовлеченная в это федерация. Это не то, что «вы можете просто отправиться»…  Аналогично тому, как вы не можете просто уехать отсюда в Европу без паспорта, между прочим, и без двух пистолетов. То же справедливо и для межгалактического путешествия. Поэтому ответ «да», мы обладает способностью «обрести инопланетный дом».

Д.У.: Как говорит Бен Рич?

Э.С.: Как и говорил Бен Рич. Но, здесь есть одно но. Способность действительно переселиться – это совсем другая история. До тех пор пока мы не начнем вести себя немного лучше здесь на планете Земля, не разовьем свое сознание и не перестанем убивать друг друга… Кстати все инопланетяне это понимают, так как когда-то побывали здесь сами. Поэтому, возвращаясь к Вашему вопросу, да, у нас есть такие космические корабли. Да, они работают на антигравитации, могут путешествовать в пространстве, но, насколько мне известно, пока еще не межпространственные.

Д.У.: Понятно.

Э.С.: По крайней мере, мне еще об этом не говорили. Я знаю людей, утверждающих, что это так и есть, но мне самому о таких кораблях ничего неизвестно. Полагаю, в подобных устройствах для создания антигравитационной силы используются определенные двигатели и другие средства. В некоторые истребители встроены многие военные устройства, такие же, как и в как самолетах и вертолетах. Поэтому самый лучший способ что-то спрятать, это не менять… Форма значения не имеет. Вы видите самолет, а на самом деле это реальный космический корабль.

Д.У.: Пит Питерсон делился следующим: имеется много новых космических кораблей, которые мы видели в разных фильмах, таких как Аватар и Грань будущего. В них у самолетов есть турбовентиляторные двигатели, которые могут быть съемными. Он говорил, что сейчас все такие самолеты тайно погружены на морские корабли. И когда им потребуется антигравитация, реактивные двигатели или пропеллеры будут заменены антигравитационными. Мне любопытно, слышали ли Вы нечто подобное?

Э.С.: Нет. Я видел разные схемы более новых космических кораблей, кораблей ВМФ и ВВС, обладавших характеристиками работы на антигравитации, но никак не манипулировавших нынешней силой. Поэтому я считаю, что они уже есть и готовы к использованию. Просто они где-то хранятся. В общем, такие корабли есть, просто я не знаю, где, и кто их создал.

Д.У.: Ясно. Еще один аспект… Просто позор, что мы не сняли Вас на камеру вместе с Уильямом Томпкинсом, он уже умер. Вы говорили, что некоторые друзья-инсайдеры, приблизительно возраста Томпкинса или немного моложе, хотят появиться публично. Как Вы думаете, поможет ли Ваша публичность создать тенденцию выхода на публику и других?

Э.С.: Безусловно. Я имею в виду, что одна из главных причин моего появления публично, – это помочь другим людям выходить и свободно рассказывать о том, чем они занимались в проектах, от энергии и инопланетян до медицины и всех фантастических потрясающих устройств. Полагаю, своим появлением на публике, я надеялся вдохновить их последовать моему примеру. Я бы лично просил их выйти вперед или, по крайней мере, пригласил на частную встречу с Вами или другими людьми, если они не хотят показывать лицо.

Д.У.: Как Вы видели… Я брал интервью у многих инсайдеров, как только мы начали говорить обо всех этих вещах.

Э.С.: Конечно.

Д.У.: Кое-что я слышал еще 15 лет назад. И я всегда вспоминаю сведения, когда кто-то еще рассказывает то же самое и нечто очень похожее.

Э.С.: Естественно. Верно. Конечно, интересно узнать, что вы долго работали над проектом и понятия не имели о том, что в другой части мира кто-то трудился над подобным проектом. Ведь, в конце концов, вы можете обмениваться информацией, свободно, не боясь делать это. Я что-то объяснял, а Вы уже знали об этом.

Д.У.: Да.

Э.С.: Вы уже знали, что у меня есть… Мы никогда даже не говорили об этом.

Д.У.: Верно.

Э.С.: Поэтому для меня это значимое подтверждение. У меня просто крыша едет, когда я узнаю о наличии других людей, которые рассказывали Вам о потрясающих технологиях и местах, особенно местах.

Д.У.: Например, тот факт, что в Эквадоре и Антарктиде имеются аналогичные артефакты?

Э.С.: Да.

Д.У.: Я ведь никогда никому об этом не говорил…

Э.С.: Вот это да!

Д.У.: …а сейчас это произошло на камеру. Мне любопытно, знали ли Вы лично, посредством брифингов или личного знакомства с инсайдерами, не включая людей, у которых мы брали интервью на этой программе, о существовании аванпостов на Луне или Марсе, на которых мы пользовались имеющимися у нас обратно восстановленными космическими кораблями?

Э.С.: Знаете, Дэйв, я видел и слышал многое, но все это сведения не из первых рук, так что не могу сказать определенно.

Д.У.: Понятно.

Э.С.: Возможно, я там был, но сознательно не знал. Но, да, я согласен с тем, что там что-то происходит, и что, конечно там есть базы. Все это вытекает из других вещей, с которыми я работал, из наличия порталов и тому подобного, что мы с Вами уже обсуждали. Вы никогда не знаете, где можете оказаться. Кроме того, я слышал множество историй, которые слышали Вы. Но, между прочим, я никогда не был на брифинге, на котором бы определенно говорилось, что у нас есть базы там-то и там-то. Просто я читал много засекреченных документов от таких же вовлеченных людей, как и я, и все же это информация не из первых рук.

Д.У.: И все же, даже если Вы слышали информацию из вторых рук, я надеюсь, что мы сможем узнать немного больше конкретики, так как больше одного инсайдера, пять разных инсайдеров, говорили… Один из них – Кори Гуд, были и другие еще до того, как я начал об этом говорить. Они рассказывали, что сейчас большинство твердых планет и спутников в нашей Солнечной системе несут на себе, по крайней мере, по одному аванпосту…

Э.С.: Да.

Д.У.: …которым мы можем пользоваться.

Э.С.: Верно.

Д.У.: Слышали ли Вы такие слухи?

Э.С.: Да.

Д.У.: Не могли бы Вы рассказать конкретнее?

Э.С.: Когда Вы употребляете слово «аванпост», оно означает место, куда можно прилетать и откуда можно улетать. Знаете, обычно оно не находится на поверхности планеты.

Д.У.: Понятно.

Э.С.: Оно внутри планеты. Чтобы прилетать и улетать, пользуются технологией порталов и космическими кораблями, когда это безопасно.

Д.У.: Некоторые слухи, которые Вы слышали… Например, давайте поговорим о Марсе. Знаете ли Вы о том, что на Марсе имеются очень большие базы, в которых могут жить и работать 200000 человек?

Э.С.: Да, я слышал об этом. Определенно, слышал. Это довольно широко известно. В андерграунде об этом даже шутят.

Д.У.: И что же тут забавного?

Э.С.: Ну, вы никогда… мы уже говорили об этом раньше. Когда вы ступаете на ленту транспортера и куда-то едете, вы проходите через энергетические системы, а затем оказываетесь где-то под землей, и все ощущается по-другому. Даже атмосфера ощущается по-другому, и люди ведь даже не знают, что на самом деле работают на Марсе?

Д.У.: Именно об этом мы начинали говорить после того, как Вы описали путешествие по Сандии на базу, где проводили вскрытия. После того, как мы сделали то интервью, я так и продолжаю чесать в затылке, потому что Вы не распространялись об этом.

Э.С.: Хм…

Д.У.: Другие описали тот же самый коридор как портал, и что когда вы ступаете в него, вы находитесь в одном месте, а в конце вы попадаете в другое место. Я тогда еще подумал, зачем они тратят 10-15 минут вашей смены, пока вы сидите в гондоле?

Э.С.: Да.

Д.У.: Ведь у них есть быстроходные челноки, не так ли?

Э.С.: О, Господи, да. Имеются поезда на магнитной подвеске и тому подобное.

Д.У.: Понятно.

Э.С.: Но это немного другое. Похоже на то, о чем Вы говорили. Точно не знаю, но Вы открыли меня к множеству других вопросов, когда поведали, что многие другие люди, работавшие над этими проектами, чувствовали себя по-другому, не там, где считали, что находились. Сейчас это обретает намного больший смысл. Я никогда не думал об этом, потому что в то время был слишком молод и не так образован, как сейчас, к тому же не знал, что они ДЕЛАЛИ.

Д.У.: Как Вы рассказывали в предыдущих эпизодах, Вы проводили вскрытие многих тел в один день, и все они были разными. В будущих эпизодах мы собираемся рассказать об этом больше, сколько их было, насколько они отличались друг от друга и как выглядели. Вы – один из тех инсайдеров, которые приводят очень сложное свидетельство, не умещающееся в рамки одного или двух получасовых эпизодов. Если учесть, что Вы имели дело с тремя тысячами тел, сколько других подобных комнат было на базе Сандия, в которых другие парни делали то же самое, что и Вы? Не могли бы Вы предположить?

Э.С.: Ну, если посмотреть на уровни, медицина занимала уровни пять, семь и восемь.

Д.У.: Хорошо.

Э.С.: На каждом уровне находилось свыше 300 операционных.

Д.У.: Вот это да! Тогда только на одной этой базе имело свыше тысячи операционных?

Э.С.: Думаю, да.

Д.У.: Тогда можно предположить, что если Вы… Сколько лет Вы проработали с тремя тысячами телами?

Э.С.: О, Господи, с августа 1992 по июнь 1995 года

Д.У.: Где-то три года?

Э.С.: Да, три года.

Д.У.: То есть, около 1000 тел в год?

Э.С.: Помните, что это образцы тканей, а не тела.

Д.У.: Хорошо.  Основываясь на этом количестве, можно сказать, что только на одной базе, а она, определенно не одна,…

Э.С.: Конечно.

Д.У.: Тогда можно обрабатывать четверть миллиона разных инопланетных видов в год?

Э.С.: Ну, если выполнить подсчеты, и если считать каждый образец как один вид, да. Но это могут быть много образцов одного вида, и с ними может работать целое крыло из 50-ти комнат.

Д.У.: Такую работу могли выполнять многие парни, такие как Вы.

Э.С.: Если считать все виды, тогда таких людей очень много.

Д.У.: Тогда если экстраполировать… Если сейчас НАСА утверждает, что только в галактике Млечный Путь могут существовать 40 миллиардов водных планет земного типа… Они просто как-то ускользали от радара. Я имею в виду, что большинство людей даже не осознали, что из этого следует.

Есть другие инсайдеры, которые говорили, что это часть соглашения с дружественными инопланетянами, чтобы наши парни начали рассказывать подобные вещи и тем самым облегчили Раскрытие. Если только в одной нашей галактике имеется 40 миллиардов планет земного типа и изобилие жизни, тогда представляется, что разумная жизнь вписана в основу самой квантовой механики.

Э.С.: Повсюду.

Д.У.: Тогда даже четверть миллиона тел, четверть миллиона видов, это совсем не так много по сравнению с тем, сколько их вообще может быть.

Э.С.: Это мелочь. Когда я привожу цифру 3000, все всегда немного удивляются. Но если обдумать все, что Вы только что сказали, это очень маленькое число.

Д.У.: Ладно. Эмери, если немного приподнять занавес и прибегнуть к помощи воображения, разве не похоже на то, что Ваша работа, то, чем занимались Вы лично, не является побочным продуктом именно той части ТКП, о которой мы говорим? Вы ведь упоминали, что деньги там не в ходу, а вовсю используется бартер, торговля? Как Вы думаете, могли ли тела быть платой, которую мы получали от других групп в обмен на, по-видимому, высокие технологии, которые мы создаем?

Э.С.: Конечно, да. Также мне следует повторить, не забывайте, что из 3000 образцов, как я их называю, некоторые могли быть выращены в лаборатории. Это могли быть и гибриды.

Д.У.: Понятно.

Э.С.: Поэтому я не могу утверждать, что все они были инопланетянами. Я имею в виду, что знаю следующее: многие имели внеземное происхождение, но… Да, они вполне могли оказаться неким видом торговли с целью получения технологии и с целью научиться другим вещам.

Д.У.: Сама природа строжайшего дозирования информации обуславливает то, что вам не позволяется задавать слишком много вопросов. Вы просто отправляетесь туда, выполняете свою работу,…

Э.С.: Это так.

Д.У.: …имея дело с такими экзотическими вещами.

Э.С.: Верно.

Д.У.: Как Вы себя чувствовали, приходя вечером домой, после вскрытия чего-то, скажем, очень странного?

Э.С.: Потрясающе.

Д.У.: Что Вы ощущали вечером, когда ложились в постель? Могли ли заснуть или нет?

Э.С.: Я был потрясен. Знаете, я всегда был заинтригован. Меня всегда интриговало человеческое тело. Поэтому для меня все было потрясающе. Мне хотелось большего. Меня расстраивало то, что каждую пару часов я был вынужден прерываться, идти в больницу и работать там пару часов. Было здорово видеть все это, потом идти домой и задавать себе вопрос: «Вот это да! Что еще меня ожидает?» Это вдохновляло меня выполнять больше работы и пользоваться любыми возможностями, предоставляемыми армией и другими индустриальными комплексами.

Передо мной открывалось так много всего, появлялось столько ответов. Я хотел знать, что происходит. Я не мог верить… Я просто не верил всему, что читал, видел или слышал. Не мог, потому что знал, что все можно изменить, особенно с помощью новых программ 3D, имевшихся на спутниках. Я имею в виду, что перед вами можно поставить другого Дэвида Уилкока, так же отражающего свет, отбрасывающего тень и имеющего такие же блестящие глаза. И вы не можете заметить разницу. Поэтому в то время…

Конечно, при наличии фотошопа и всего прочего, для меня это было очень трудно. Поэтому еще в очень молодом возрасте я для себя решил, что буду до всего докапываться сам. Для себя я хотел понять, что происходит. И это, в свою очередь, поднимало сотни миллионов других вопросов. Каждый раз, когда я что-то находил, возникало еще больше вопросов, и это было великолепно, потому что вдохновляло продолжать двигаться вперед, особенно когда подворачивалась возможность принять участие в потрясающих проектах. Поэтому я очень благодарен за все возможности, которые у меня были. Ведь не все они были негативными. Надеюсь, я ответил на Ваш вопрос, почему занимался всем этим.

Д.У.: Кори Гуд тоже делился с нами тем, что в рамках ТКП имелись разные группировки, и одна из них называлась Межпланетный Корпоративный Конгломерат или МКК. По-видимому, он представляет собой ответвления оборонных подрядчиков, производящих очень продвинутую технологию. Очевидно, мы – люди – стали очень ценными для многих видов в обмен на такую продвинутую технологию, как космические корабли. Также Кори говорил, что, по-видимому, только через МКК мы торгуем на регулярной основе с 900-ми разными инопланетными цивилизациями. Вы когда-нибудь слышали нечто подобное, слухи, болтовню и все такое?

Э.С.: Нет, никогда об этом не слышал.

Д.У.: Информация строго дозируется, не так ли? Проблема в этом?

Э.С.: Да, мне было не положено знать. К тому же это очень трудно. Вы никогда не остаетесь в одиночестве, за вами всегда следят. Как я уже говорил, вы постоянно носите браслет. Вот такие серьезные меры безопасности. Я имею в виду, есть коридоры, где, не задавая никаких вопросов, вас могу просто разрезать пополам, если вы оказываетесь не в том месте. Если вы следуете правилам, это очень простая работа. (Смеется) Но если нет, будьте осторожны. Поэтому я никогда не задавал вопросы. Меня слишком волновала возможность получения более высоких степеней допуска и продвижение по служебной лестнице, чтобы получить больше работы в разных местах, а не просто заниматься иссечением тканей.

Д.У.: Понятно.

Э.С.: Все так и получилось. Это привело меня на космические корабли и в другие места.

Д.У.: Ясно. Одной из вещей, о которых Вы рассказывали… Полагаю, сейчас удобный момент спросить об этом. Я спрашивал о «папке». Они называли это «папкой», возможно, чтобы ослабить психологическое давление. На самом деле, это было нечто, похожее на айпад с немного более гибким… Почти полностью прозрачный айпад.

Э.С.: Да.

Д.У.: Также Вы говорили, что «папку» можно было загружать. Она указывала, в какое крыло, в какую комнату следует идти, и с каким существом вам следовало работать. Вам всегда предлагали один образец за раз.

Э.С.: Верно.

Д.У.: Имела ли «папка» некий вид накопителя или механизма хранения?

Э.С.: Да.

Д.У.: Неужели?

Э.С.: Я потрясен тем, что Вы это упомянули, и, да. Он называется микродиск.

Д.У.: Микродиск?

Э.С.: Да. Он немного меньше монеты в 50 центов, но больше чем монета в 10 центов. Он покрыт позолотой, сделан из некоего вида иридиевого золота, в «папке» имеется для него маленькая крошечная щель. Диск записывает все, что вы делаете.   

Д.У.: Хм.

Э.С.: Микродиск также соединен с сооружением базы, подземной базы. Сооружение служит как бы центральным процессором. Затем у вас отбирают эту крошечную штуку и помещают ее в челнок, который хранит ее в космосе, – все диски.

Д.У.:  Не может быть?

Э.С.: Да.

Д.У.: То есть, можно предположить, что если в 1990-х годах у вас были «папки», в то время как мы пользовались обычными, громкими, настольными компьютерами, тогда мы имеем дело с чем-то, намного более продвинутым, чем даже то, что у нас есть сейчас?

Э.С.: Ох, намного более продвинутым, чем у нас есть прямо сейчас. Я имею в виду, мы говорим о видео и фотографиях с намного большим разрешением, и миллионами документов. И все это на одном крошечном очень-очень тонком диске.

Д.У.: То есть, Вы хотите сказать, что эти диски могли хранить тысячи терабайтов информации или даже больше?

Э.С.: Да, согласен.

Д.У.: И каковы были правила? Вам следовало убирать микродиск из «папки» и отдавать его кому-то? Или вы просто отдали всю «папку» в конце дня?

Э.С.: Ну, когда вы закрываете «папки» и помещаете их, куда следует, диск вылезает сам. Но вы можете вынимать диск сами, как делаете это сегодня с картами SD или картами для камеры.

Д.У.: Понятно.

Э.С.: Вы можете легко вставлять и вынимать микродиск, что иногда вынуждены делать, потому что вам предлагают проверить работу кого-то другого.

Д.У.: Ох!

Э.С.: Вот почему все устроено именно так. Вместо того, чтобы автоматически загружаться… Они не любят, когда информация идет по проводам, поэтому используются такие диски.

Д.У.: Куда в «папке» вы будете вставлять диск?

Э.С.: В верхний правый угол.

Д.У.: Верхний правый угол. Интересно.

Э.С.: Да.

Д.У.: Полагаю, диск даже можно видеть, так как «папка»… Вы говорили, что она золотого цвета.

Э.С.: Да, и вы можете видеть все, что находится внутри. Золото какого-то иридиевого оттенка. Меня всегда интересовало, делается ли это для того, чтобы защитить диски от космического излучения, поскольку они хранятся в космосе.

Д.У.: Был ли какой-то другой способ получить доступ к информации диска, кроме как с помощью «папки»?

Э.С.: Да, всего один.

Д.У.: Хм. Некий вид считывающего устройства?

Э.С.: Да, диск ридер.

Д.У.: В чем причина того, что нам до сих пор не дали такой вид технологии хранения? Если технология существует, почему мы не имеем такой уровень хранения данных? Почему им не делятся с общественностью?

Э.С.: Потому что вы не можете пойти и купить телефон 265К.

Д.У.: (Смеется) Он слишком продвинутый для нашего уровня развития?

Э.С.: Корпорации не делают на этом деньги. Я имею в виду, мы – слишком мелкая сошка для этих корпораций. Все уже есть, да не про нашу честь. Прямо сейчас мы не получим такую технологию.

Д.У.: Да уж. Если вы видели фильм Сноуден, ему удалось вставить одну из крошечных карт памяти USB в кубик Рубика.

Затем он отдал кубик какому-то парню и тот пронес его через ворота.

Э.С.: Да.

Д.У.: Как Вы думаете, кто-нибудь когда-нибудь пытался вынести микродиск с базы?

Э.С.: Да.

Д.У.: Как это можно сделать?

Э.С.: Трудно, но возможно.

Д.У.: Понятно. Вам бы не хотелось затрагивать эту тему.

Э.С.: Ну, у меня было несколько дисков.

Д.У.: Значит, Вам удалось?

Э.С.: Да, микродиск.

Д.У.: Как это можно сделать?

Э.С.: Я бы предпочел об этом не говорить.

Д.У.: Ладно-ладно.

Э.С.: (Смеется)

Д.У.: (Смеется)

Э.С.: Я спрятал несколько таких дисков.

Д.У.: Когда Ваш дом ограбили, среди награбленного были такие вещи?

Э.С.: Да, они забрали диски.

Д.У.: Не может быть? Значит, они у Вас были…

Э.С.: Да.

Д.У.: …но вы их утратили?

Э.С.: Да.

Д.У.: Боже, какое несчастье.

Э.С.: Большое несчастье. Я был очень сердит и расстроен.

Д.У.: Не могли бы Вы рассказать немного подробнее, что произошло с Вашим домом, где Вы хранили диски, и как их ухитрились найти?

Э.С.: Ох, конечно. Итак, у меня был маленький домик в Нью-Мексико, с железными воротами, бетонной стойкой, клавиатурой и все такое. Очень-очень маленький дом, который я временно снимал лишь для того, чтобы хранить в нем кое-какие мелкие вещи, так как тогда работал в проекте в юго-восточном Нью-Мексико. Я пробыл там около года, девять месяцев. Я снимал этот домик. Конечно, я… Я не храню все в одном и том же месте.

Д.У.: Понятно.

Э.С.: Обычно я храню кое-какие дубликаты, но дубликатов этому у меня не было. Кое-что я могу дублировать, но большая часть информации хранится на жестких дисках. Когда раздался звонок, я собирался переезжать в Лос-Анджелес, чтобы быть с Вами и работать над кое-какими другими проектами.

Д.У.: Верно.

Э.С.: Итак, я сказал агенту по недвижимости: «Эй, я собираюсь переезжать». Поэтому они выставили дом на продажу, а я просто снимал его в аренду. Обычно я прятал все в стенах дома, и вы бы не могли сказать, где оно находится, а также в бетоне и других разных местах. Я не хочу рассказывать о других конкретных местах, потому что все еще пользуюсь этими техниками. Я думал, что временно мое имущество будет в безопасности. Также у меня было специальное энергетическое устройство, которое, к счастью, я успел забрать.

На неделе дом обыскали. На следующей неделе обыск повторился. Тогда агент по недвижимости позвонил мне и сказал: «О, Господи. Я заглянул в окно Вашего бывшего дома. Вы оставили дом в таком беспорядке. Как я буду кому-то его показывать?» Я ответил: «Мой дом абсолютно чист, я не понимаю. Пожалуйста, обойдите вокруг дома и посмотрите». Он так и сделал и увидел, что задняя дверь гаража сломана. Дверь в сам дом, запертая на замки с двойными болтами, тоже была взломана, на ней остался большой след ноги. Мы вошли и увидели всю картину.

Д.У.: Давайте посмотрим фильм, который Вы сделали.

Э.С.: Конечно. [Эмери комментирует видеоролик разгрома в доме.] Это гараж – полностью разрушен. Похищено все оборудование. Лаборатория разгромлена.

Д.У.: Как Вы думаете, кто бы это ни сделал, почему они забрали все Ваше имущество и оставили лишь военные значки в коробке и пулю на столешнице? Некое послание?

Э.С.: Ох, полагаю, это были кое-какие старые друзья. Они пытались навестить меня и хорошо провести время. (Смеется) Думаю, в первую очередь их интересовало устройство, потому что с тех пор, как я оснастил этим устройством лабораторию… Это реально было сумасшествием. Сначала я доказал, что оно работает по принципу вечного двигателя, а затем началось сумасшествие. Конечно, они воспользовались спутником, и нашли все спрятанное под землей и в стенах.

Д.У.: Понятно.

Э.С.: Они вскрыли стены и забрали все жесткие диски и все остальное.

Мы говорим о 8-ми компьютерах, 12-ти лэптопах, 40-ка жестких дисков, свыше 300-т SD картах… В общем, об огромном объеме информации. Результат 30-ти лет работы.

Д.У.: Почему наконечник у пули фиолетовый?

Э.С.: Ох-ох. Просто такой вид пули. Это очень высокоскоростная пуля.

Д.У.: Ясно.

Э.С.: Это не обычная пуля, которую вы можете купить у гражданских лиц.

Д.У.: Понятно.

Э.С.: Это бронебойная амуниция, которой пользуются тактические силы во всем мире.

Д.У.: Что бы Вы могли сказать другим инсайдерам, которые услышат Вашу историю и скажут: «Господи, если бы они начали проделывать такое со мной, я бы сразу спрятался и хранил молчание»?

Э.С.: Ну, давайте об этом поговорим, потому что в тот момент я не собирался прятаться. Не собирался. Полагаю, имевшаяся у меня информация была… Я не мог видеть… Я не мог видеть информацию… В общем, 90% сведений были среди украденного.

Д.У.: Понятно.

Э.С.: У меня осталось 10% информации И устройство. Думаю, послание таково: «Эй, почему бы тебе немного не притормозить. Ты ступил на путь, когда собираешься сказать что-то, о чем не должен говорить».

Д.У.: То есть, Вам пытались угрожать?

Э.С.: Да.

Д.У.: Как Вы думаете, те, кто появляются публично и начинают говорить, пребывают в большей безопасности, чем те, которые молчат? Публичность безопаснее молчания?

Э.С.: Безусловно. В определенный момент следует выходить на публику. Это намного безопаснее. Мы все это знаем. Это одна из главных причин, почему я здесь и сижу прямо перед Вами.

Д.У.: Хорошо. Вы все слышали сами. С нами был Эмери Смит. Спасибо за внимание.

Источник

Views: 12

admin: